Как не печально, но день заканчивающийся, несмотря на все перипетии политические и негоразды экономические, дела семейные и общественные, метели и морозы прошли под рубрикой: «Конец света не состоялся!».
Очередная выдумка смутила всех. И тех, кто ей поверил, и тех, кто изначально все отвергал и опровергал, но, все едино, обсуждал.
Грустно потому, что те, кто любит тему катастроф, трагедий и апокалипсисов и кто эти темы очень профессионально создает, получили еще одно подтверждение: человечество есть стадо и управлять им очень несложно. Сколько бы мы не кичились своей просвещённостью, интеллектом и талантами, как бы не возносили свое умение различать жизненные оттенки и видеть оппонентов «насквозь» мы очень легко управляемы. Причем подвластны самым, что ни на есть простеньким, придуманным страхам, которые при иных обстоятельствах нас просто бы рассмешили…
Наверное, чтобы как то определить источник подобного массового помешательства и придумываются различные теории всемирных заговоров. Да и как иначе, если с одной стороны каждое новое десятилетия делает нас технически совершенней и коммуникабельней, а с другой, мы все менее эксклюзивны и все более схожи на марширующие молоточки из незабвенной The Wall?
Все рассуждения о повсеместной мобильности и коммуникабельности, которые приводят к апокалипсису одного дня, неуместны. Иное правит нашим сознанием. Как не горько и не противно, но давайте признаемся, мы уже превосходим своим языческим мировоззрением своих же предков-язычников. Так что ветхозаветные книги Библии для нас не менее актуальны, чем для иудеев или арабов древнего мира.
Ничего не изменилось. Даже превзошло. Экклезиаст прав и, как оказалось, вечен. «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас. Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после» (1:9–10).
(c)